За несколько месяцев до благотворительного бала в элитной школе «Академия» в воздухе витало странное напряжение. Пять семей, чьи дети учились в одном классе, были связаны невидимыми нитями общих секретов и старых обид.
Семья Волковых, владельцев сети клиник, скрывала растущие долги. Их сын, капитан школьной сборной по плаванию, был зол и замкнут. Рядом жили скромные с виду Ивановы, где отец работал бухгалтером в компании Волковых и знал слишком много о их финансовых махинациях. Их дочь, тихая отличница, дружила с сыном Волковых, что вызывало тихое неодобрение обеих семей.
Чуть дальше, в старом особняке, обитали Петровы — известные искусствоведы. Их сын, талантливый скрипач, был объектом насмешек со стороны более athletic сверстников. Мать Петровых недавно приобрела на аукционе редкую брошь, происхождение которой вызывало вопросы у следующей семьи — Сидоровых. Глава их семейства был уважаемым, но чрезвычайно жестким следователем в отставке. Он что-то знал о той броши и внимательно наблюдал за Петровыми.
И, наконец, семья Ковальских — новички в городе, открывшие модный бутик. Они старались влиться в круг, но их прошлое было окутано туманом. Госпожа Ковальская слишком интересовалась делами Волковых, а их дочь быстро сошлась с дочерью Ивановых.
Накануне бала каждый дом был полон шепотов. Волковы отчаянно искали инвестора. Иванов получил анонимную угрозу после того, как решился поговорить с Волковым. Петровы спорили о необходимости продать брошь. Сидоров рылся в старых архивах, а Ковальские получили странное письмо, заставившее их побледнеть.
Вечер бала наступил. Зал сиял, но под масками вежливых улыбок скрывалось беспокойство. В полночь, когда начался традиционный благотворительный аукцион, в кабинете директора было обнаружено тело в вечернем платье и маске. Лицо было обезображено, карманы пусты. Никто — ни дети, ни родители — не могли с уверенностью сказать, кто это. Но каждый из присутствующих пяти семей понимал: жертва как-то связана с их тайнами. И убийца, наверняка, был среди них, замаскированный не только тканью, но и ложью последних месяцев.
